8 - 800 - 222 - 999 - 2
телефон прямого эфира

Прямой эфир

Армия Школа Авто Про деньги Театр Общество Культура История Здоровье Готовим вкусно! Это интересно

«Особое мнение»

Эпизод

20 июня 2013

Экзамен на "чистоту"

Ведет программу "Особое мнение" Игорь Гмыза.

Фото с сайта www.zeki.su

В России появился закон, согласно которому для всех школьников вводится тестирование на употребление наркотиков и психотропных веществ. Его целью является выявление групп риска, а также своевременное оказание медицинской и психологической помощи учащимся.

Гость в студии – эксперт Института прав человека, руководитель программы "Новая наркополитика" Лев Семенович Левинсон.


Президент России Владимир Путин подписал закон, согласно которому для всех школьников вводится тестирование на употребление наркотиков и психотропных веществ. В законе подчеркивается, что тестирование будет проводиться на добровольной основе.

Как это может быть, когда для всех и на добровольной основе? Прежде всего, Л. Левинсон считает, что сама идея повального, обязательного и якобы добровольного тестирования, как это прописано в законе, порочна. Идея вредная и, по сути, антиконституционная. К тому же неэффективная с точки зрения профилактики наркомании.

Но сейчас, когда закон принят, вопрос стоит иначе: как с этим законом жить и как минимизировать его вредные возможные последствия. А также, может быть, как обратить его в какой-то степени на пользу делу профилактики.

Гость в студии далее остановился на принципе добровольности тестирования учащихся на употребление наркотиков и психотропных веществ. Он напомнил, что в законе не сказано ничего, с какого возраста будут тестировать школьников. Сказано, что до 15 лет тестирование будет проводиться с согласия родителей. Но с какого возраста, с 5 лет, с 6 лет или с ясель, неясно. Все это отдается на откуп Минздраву и Минобразования.

Как представляется это тестирование эксперту? Сидит класс. На вопрос, кто не хочет проходить тестирование, поднимаются две руки. Какая это добровольность, когда молодой человек ставит себя таким образом в положение сомнительного типа. Раз не хочет, значит, не уверен, поэтому можно считать, что отказался.

За отказ проходить тестирование на наркотики законом, конечно, ничего не предусматривается, никаких санкций. Однако в нем сама процедура тестирования не прописана. Закон имеет вид больше рамочного акта. Как считает эксперт, закон при его разработке тянули в разные стороны различные группы интересов, и уже хорошо то, что не отдали проведение тестирования школьников на наркотики Госнаркоконтролю. В результате закон получился таким, что в нем урегулировано всего два положения. Что тестирование на наркотики будет проводиться добровольно. И что информация будет конфиденциальной, которая о человеке может быть выявлена.

Все остальное будет регулироваться Минздравом и Минобразованием. Почему выбраны эти два органа власти? Потому что в рамках тестирования предполагается проведение двух мероприятий, не связанных напрямую друг с другом. По линии Минобразования будет проводиться социально-психологическое тестирование. Что это такое, в законе вообще не раскрывается. Но оно тоже будет проходить на добровольной основе, с письменного добровольного согласия учащегося, а до его 15 лет – с письменного согласия его родителей. Что касается функции Минздрава, то в законе нет тоже никакой конкретики. Есть только добровольное согласие, а порядок тестирование будет определяться Минздравом. Есть еще некие условия (разница между порядком и условиями тоже не понятна), которые каждый субъект федерации будет еще устанавливать свои. В такой ситуации у ведомств возникает большая свобода для действий.

Поэтому сегодня, как считает Л. Левинсон, надо, чтобы все основные моменты были все-таки прописаны четко, чтобы не было никаких санкций по линии образования. И чтобы вообще сам процесс тестирования был ориентирован больше на профилактику, а не на выявление. В одном и другом положении, которые будут утверждены, должно быть все это прописано. Как известно, сам закон вступит в силу только в декабре. К этому времени должны быть готовы все нормативные подзаконные акты, и закон должен заработать.

В законе нет прямой зависимости между социально-психологическим тестированием и медицинским осмотром. Что это может быть? На взгляд правозащитников, должна быть подробно и четко прописана вся процедура, в том числе то, чего нельзя делать. Например, нельзя требовать обоснования отказа, мотива отказа, нельзя обязывать указывать свою принадлежность к каким-то неформальным или формальным общественным объединениям, религиозным организациям. Все эти вещи, которые могут возникнуть, и все угрозы, которые с этим связаны, должны быть отражены. Но самое главное, что там должно быть, – это то, что при медицинской процедуре, которая, конечно, должна происходить не в школах, а в медицинских учреждениях, и при социально-психологическом тестировании не должны присутствовать представители Госнаркоконтроля или полиции. И выявленная информация, то есть, те сведения, которые будут получены о конкретных учащихся, не должны передаваться в правоохранительные органы.

С этим могут возникнуть проблемы. В свое время глава МВД Колокольцев выступил с предложением обязать органы здравоохранения сообщать силовикам о выявленных случаях употребления наркотиков. Поэтому нельзя исключить того, что МВД не будут информировать или школы, или медицинские учреждения по итогам тестирования. Поэтому, считает Л. Левинсон, так важно, что будет написано в положениях. Ибо угроза подобного существует.

Если передаваться информация никому не будет, то ради чего тогда все это делалось, если посмотреть со стороны? Зачем надо было принимать закон о тестировании школьников, если человек может отказаться от освидетельствования, не объясняя причин, если выявленная информация никуда не будет передаваться? Для чего тогда все это придумывалось? Ради чего тратить бюджетные деньги на проведение тестов, которые не дают никакой 100-процентной или хотя бы 70-процентной гарантии объективности результатов? На все эти вопросы Льву Левинсону видятся два ответа. Один ответ – вполне понятный всем. Заключается он в том, что на эти мероприятия выделяются большие деньги. В России, как известно, все то, на что можно получить большие деньги, продвигается очень хорошо и через Госдуму, и через ведомства. Потому что в тестировании очень заинтересованы многие стороны. И среди тех, кто тесты производит, так и среди тех, кто будет участвовать в процессе тестирования. Но это только часть ответа, считает эксперт.

Если рассматривать вопрос шире, то тут становится видна некая политическая подоплека. И, прежде всего, за медицинской процедурой. Каким будет социально-психологическое тестирование, вообще пока непонятно. А поскольку они не связаны между собой, то может сначала быть, по смыслу закона, медицинское тестирование. Скорее всего, в виде сдачи анализов, скорее всего, в баночку, скорее всего, с помощью имеющихся тестов, которые дают большую погрешность. И даже если эта погрешность впоследствии будет признана ошибкой, все равно человек получит пятно.

А если все подтвердится? И тут самое главное, какие будут последствия. А какими они могут быть, известно. Это постановка на наркоучет, о чем в законе сказано, что сведения передаются в специализированную медицинскую организацию. Но, как известно, имеющиеся специализированные медицинские организации лечением почти не занимаются. Они главным образом занимаются учетом и контролем. Надо ходить туда и отмечаться. Попасть в такую ситуацию, особенно школьники или студенты, могут и по недоразумению, и в силу случайности, и в силу того, что они один раз попробовали в какой-то компании. Как говорится, много ли тех, кто без греха.

Конечно, есть такие, и пусть их будет больше. Но человек, который попробовал в первый или во второй раз, раз в полгода или год покурить марихуану или принять "танцевальную таблетку" (амфетамин), может не знать и, естественно, не знает, сколько сохраняются в организме и могут быть обнаружены следы этих веществ. Героин быстро выводится из организма человека. А марихуана может обнаруживаться в организме человека в течение нескольких месяцев.

И такого человека результат тестирования, по сути дела, приговаривает к пожизненному клеймению. В результате у него под вопросом может оказаться дальнейшее обучение. Конечно, это незаконно, но бывает именно так. И устройство на работу будет ограничено. Потому что в России все пробивается. Все базы должны быть совершенно закрыты, но почему-то некоторые работодатели туда как к себе домой звонят, посылают запросы и пробивают того или иного человека, хотя в России вроде действует закон о защите персональных данных, требующий по истечению определенного времени уничтожать тот или иной вид учета и т.д.

Поэтому в тестировании школьников на употребление наркотиков и психотропных веществ, по сути, нет никакой добровольности. Потому как это такой специфический вид профилактики, когда отказ может быть приравнен к признанию человека лицом, подлежащему особому контролю.

В чем видится политическая подоплека у введения тестирования школьников на употребление наркотиков и психотропных веществ? Л. Левинсон считает, что тестирование на употребление наркотиков и психотропных веществ воспитывают молодого человека таким образом, ставит его в такое положение, что он понимает, что государство вправе делать с ним все, что захочет. Например, стоять в очереди с баночкой мочи, когда он ни в чем не виноват. Еще и контролировать могут начать, чья это моча, его или нет. Подобное происходит часто сейчас, когда водителей освидетельствуют на опьянение. Нигде такое требование не прописано, и вообще это недопустимо, потому что должна быть презумпция невиновности. А в процедуре тестирования школьников на употребление наркотиков и психотропных веществ эта презумпция невиновности, прежде всего, и страдает.

Потому что наркомания – да, это болезнь, да, это серьезная социальная проблема с точки зрения тех, кто писал этот закон. Но употребление наркотиков – это правонарушение. И с точки зрения правоохранительных органов, выявление в ходе тестирования случая употребления наркотиков – это выявление правонарушения. Поэтому то, что в законе называется тестированием, есть тестирование на правонарушение. А человек должен доказывать, что он не виновен. Презумпция невиновности, которая должна быть основой в данном случае, полностью разрушается, что наносит нравственную и психологическую травму подростку.

Полностью беседу с гостем в студии слушайте в аудиозаписи программы.

Экзамен на "чистоту"

наркотики Минобрнауки тестирование Госнаркоконтроль Россия школьники

Экзамен на "чистоту"

22:54
Архив