8 - 800 - 222 - 999 - 2
телефон прямого эфира

Прямой эфир

Выкл.
Вкл.
00:00
00:00
Гости эфира Армия Авто Про деньги Общество Культура История Здоровье Это интересно

"Особое мнение" Ток-шоу

Эпизод

28 января 2014

Куда катится рубль

Программу "Особое мнение" ведёт Игорь Гмыза.

За несколько дней января валютный курс упал почти до четырёхлетнего минимума. Политики и чиновники пытаются успокоить население, которое с всё возрастающей тревогой наблюдает за сменой курса в обменных пунктах. В чём причины такого поведения рубля и что ждёт нас в будущем?

Гость в студии – известный экономист, президент компании "Неокон" Михаил Леонидович Хазин.

В последнее время по поводу судьбы рубля высказывались все, кто мог, потому что испрашивались все, кого было можно спросить. Вы скажите, что происходит с курсом рубля? Он падает и против доллара, и против евро.

М. Хазин: После госпожи Набиуллиной, я уже ничего сказать не могу, поскольку она сказала, что утверждения о том, что рубль падает, не соответствуют действительности, это доллар растёт.

Что случилось? У нас была экономическая модель, предложенная неким господином Гайдаром, которая была построена на привлечении иностранных инвестиций. У этой модели изначально (я не буду говорить про то, что есть отрасли, в которые иностранные инвестиции не привлекаются, иностранные инвестиции иногда приходили, чтобы всё разрушить, и т.д., это всё все и так знали), есть одна базовая проблема. Если вы привлекаете инвестиции в долларах или евро, другими словами в валюте, вы и отдать их должны в валюте.

Представим себе, что вы – инвеститор, который хочет получать на свои вложенные и кровно заработанные доллары 10 процентов прибыли. Что он делает? Он вкладывает, инвестирует (обращаю внимание, что есть спекулянты, а есть инвесторы, спекулянты спекулируют, а инвесторы вкладываются в основные фонды, это нужно понимать), так вот, я не имею в виду тех, кто пришёл в Россию для того, чтобы спекулировать ценными бумагами, я имею в виду тех, кто реально вкладывает. Вот он хочет получать 10 процентов. Допустим, он вложил 100 млн долларов и хочет каждый год получать по 10 миллионов. Тогда первые десять лет он возвращает свои вложенные 100 млн, а дальше получает каждый год 10 миллионов, условно говоря, на халяву.

Разумеется, всё сложнее, но предположим, что все инвеститоры абсолютно одинаковы: все хотят получать 10 процентов. Тогда можно сказать, что объём иностранных инвестиций, который может принять наша экономика, то есть её ёмкость, в 10 раз больше, чем тот объём долларов, которые аккумулируется каждый год для возврата этих инвестиций.

Конечно, все инвесторы разные. Кому-то хватает 5 процентов, кто-то требует 50, а кто-то – 150 и т.д., ситуация эта меняется от года к году, но в общем и целом эта конструкция остаётся. Если вы увеличиваете объём денег к возврату, то объём инвестиций растёт. Если вы их сокращаете, то он падает.

Ну, ещё есть тонкость: если ухудшается инвестиционный климат, то в этом случае инвесторы требуют увеличения прибыли. Не 10 процентов, а 12, 15, 18 процентов, типа риски выросли.

Что же произошло за последние годы? Первое. Основным источником валюты… В России же была разрушена производящая экономика, промышленность, которая очень много экспортировала, теперь мы ничего не экспортируем, теперь мы, наоборот, импортируем. Значит, у нас объём притока денег в экономику расти в последние несколько лет перестал. Пускай даже не падают цены на нефть, но объёмы сокращаются.

Второе. Мы вступили в ВТО. Вступление в ВТО – это рост импорта. То есть, вместо того, чтобы инвестировать в Россию, здесь что-то делать, сюда ввозится готовое изделие. Это результат вступления в ВТО. Резко сократился объём валюты, который идёт на возврат инвестиций, потому что часть из неё пошла на закупку импорта.

Наконец, за это время мы накопили довольно много долгов. И за это время выросли процентные платежи. И хотя наше государство имеет не очень много долгов, но корпоративный сектор, поскольку либеральное правительство и Центробанк отказываются рефинансировать экономику в рублях, рефинансируется на Западе в валюте. У российских компаний уже больше полумиллиарда долгов, и их нужно обслуживать.

В результате в последние два года начались проблемы. Оказалось, что накопленные за 2000-е годы инвестиции уже превышают тот объём, который мы должны вернуть в соответствии с ранее сделанными обязательствами. Иными словами, не то, что бы принять новые инвестиции, мы даже те, которые есть, обслужить не можем на тех условиях, на которых договаривались. И, как только стало понятно, что Россия вступит в ВТО и, соответственно, объём внутренних валютных поступлений резко сократится, начался отток капитала.

В этом смысле очень интересен некий господин Улюкаев, который в тот момент, когда всё это началось, был первым запредом ЦБ, отвечающим за валютные операции в том числе. Когда начался отток капитала, а это было в начале 2012 года, он вопил, что ничего этого нет, всё в порядке, через месяц-два будет приток капитала. И так они говорили изо дня в день, из месяца в месяц, из квартала в квартал, а объём оттока капитала не уменьшался по вполне понятной причине. Сейчас Улюкаев сбежал из ЦБ в Министерство экономики и на тему оттока капитала молчит, как коммунист на допросе. Вот это главная проблема!

В результате у нас произошла страшная вещь. У нас начал сокращаться профицит платёжного баланса и дошёл до нуля. А если платёжный баланс не профицитный, а экономика падает… Смотрите, если у нас основной инструмент развития экономики (иностранные инвестиции) больше не работает, то у нас нет воспроизводства экономики. В результате она стала падать. В конце 2012 года начался спад, который продолжался весь 2013 год. Правительство это чувствует и понимает. Оно с конца мая до середины июля даже пыталось стимулировать экономику через девальвацию, девальвировав рубль на 15 процентов. Но остановилось. Вопрос почему?

Почему?

М. Хазин: А по той же самой причине, по которой в 1998 году. Как говорилось в одном старом анекдоте на тему фильмов про индейцев с Гойко Митичем, "только бледнолицая собака может дважды наступить на одни и те же грабли". Когда у страны большой объём валютного долга, не важно, какой это долг – государственный или корпоративный, нельзя сильно девальвировать национальную валюту, потому что возврат долга должен быть в валюте, а доходы внутренних корпораций – в национальной валюте. Если она девальвируется, кредиторы говорят: "Ребята, деньги – на бочку и сразу". Деньги вернуть нельзя – объявляется дефолт. В 1998 году было два дефолта: суверенный, который можно было не объявлять, и банковский.

Сейчас мы снова оказались… Да, конечно, сейчас ситуация много лучше, чем в 1998 году. Скажем, такая, какой она была в 1996 году. Но люди-то те же самые. И те же самые люди нас ведут той же самой дорогой. Они не могут, они ничего не понимают в экономике. Они выучили два правила арифметики в 1991 году под чутким руководством А. Гайдара, и эти два правила и применяют. В результате они ведут экономику, пускай не так быстро, как в 90-е годы, но ведут экономику к дефолту.

Они не могут не делать девальвацию. Они её остановили летом 2013 года, когда у них был ресурс, потому что ещё был профицит. Они вчера миллиард долларов выкинули на поддержание курса, потому что, ну, не могут же они, чтобы была бешенная девальвация, ибо уткнутся в дефолт.

С другой стороны, перед ними стоит и иная проблема. Если они будут держать курс рубля, у них будет сгорать по миллиарду долларов в день. Насколько хватит золотовалютных резервов? Их сейчас уже меньше, чем долги российских корпораций. Как возвращать эти деньги? На самом деле те же люди сами себя завели в тупик. Ну, есть по этому поводу и более циничные шутки, чем про бледнолицую собаку и грабли, но в силу некоторой общественной значимости вашего канала, я не будут их здесь рассказывать.

За что вам отдельное спасибо.

Мария из Москвы: "Хочу поддержать Хазина. Прозвучало, что в РФ растёт курс валют, а курс рубля падает. Но если мы себя не обеспечиваем всем и вся, а всё у нас разрушается, даже наука, а в своё время самодостаточный Советский Союз себя всем обеспечивал, то нас продолжают грабить, в том числе и через курс иностранных валют. Это одно из направлений и один из инструментов грабежа. Хотим выжить – надо восстанавливать реальный сектор экономики.

М. Хазин: По поводу реального сектора. То же проблема. Люди, которые всё это устроили, – это команда Гайдара. Они недавно тут устраивали шабаш, и они там обсуждали…

Вы имеет в виду "Гайдаровский форум"?

М. Хазин: Что они там обсуждали? Как они будут выкручиваться. Ничего не придумали. Они даже не смогли описать, в чём их проблемы по существу. Может быть, они как бы в кулуарах друг другу и описывали, но публично сделать это не решаются. Не могут ведь они сказать, что они ничего не понимают в экономике и что они это безобразие устроили. Но они держатся сегодня… В начале 90-х они держались, потому что их поддерживал МВФ, которые выдавал кредиты. В 2000-е годы они держались потому, что был бешеный экономический рост, и они говорили, что это они его обеспечили. Хотя в начале этот рост обеспечивала гениальная политика Геращенко (до 2002 года), а потом рост мировых цен на нефть. И они были тут совершенно не при чём.

Но сегодня они держатся только за счёт политической поддержки Вашингтона. И они не могут друзей из Вашингтона, то есть импортёров, обидеть. Если мы займёмся импортозамещением и начнём сами производить, то сотни миллиардов долларов, которые мы отдаём на Запад, нужно будет оставлять внутри. А они не могут обидеть своих патронов, своих кураторов.

Вы не сильно сгущаете краски?

М. Хазин: Нет, я просто рассказываю, как оно есть. Но есть ещё некоторые тонкости. Например, мы держим наши резервы на Западе, где получаем по ним полпроцента годовых, а российские банки и корпорации в тех же банках, где лежат наши резервы, получают кредиты под 5-6 процентов. То есть, иными словами, кто-то получает с этого некоторую маржу. Разница составляет процентов 5 от золотовалютных резервов, которых больше полумиллиарда. Это, между прочим, 2,5 млрд в год. Вот эти 2,5 миллиарда кто-то делит. Я не верю, что те люди, который в этом участвуют с нашей стороны, ничего с этого не имеют. А если они не имеют, они – идиоты.

Сергей Владимирович из Москвы считает, что решение проблемы стабильности курса национальной валюты – это введение золотого стандарта рубля.

М. Хазин: Во-первых, у нас не так много золота. Во-вторых, золотой стандарт может вводить только самодостаточная экономика, экономика экспортная, как, например, Китай. Мы сегодня этого сделать не можем.

У нас нет национальной платёжной системы. Роль платёжной системы у нас выполняют Visa и Master Card. Была попытка обсудить создание внутрироссийской платёжной системы, чтобы деньги ходили внутри России, не выходя за её пределы и не платя как бы налог западным платёжным системам. Госпожа Набиуллина этот проект закрыла где-то пару месяцев тому назад. Сказала, что нет, налог Западу – это святое, мы обязаны его платить.

У нас даже нет реальной национальной валюты. Обратите внимание, в России цены, в общем, фиксированы в долларах. Это очень хорошо видно. Например, по тому, как во время 15-процентной девальвации летом выросли цены на бензин. Почему они выросли? Казалось бы, нефть наша, переработка наша, всё наше. Почему выросли? А банально...

У нас все равно всегда растёт цена.

М. Хазин: Не в этом дело. А потому, что наши нефтяные компании берут кредиты на Западе и предоставляют свой баланс на Запад в долларах. Поэтому они должны свои доходы держать в долларах. Потому что если доходы будут сильно падать, то предъявят требования немедленного возврата кредитов. Поэтому они для себя считают цену в долларах. И если происходит девальвация, то это означает, что рублёвая цена при фиксированной долларовой растёт. Я думаю, что сейчас, в ближайшие дни, цена на бензин подскочит. У нас нет национальной валюты. Ну, о чём говорить!

И в какой ситуации в таком случае мы сейчас находимся?

М. Хазин: Мы находимся в ситуации углубления кризиса. Год с лишним (где-то с ноября 2012 года) начался спад в стране, очень медленный. Если бы тогда правительство начало принимать какие-то меры, то, может быть, оно могло бы и выйти из кризиса. Но этого оно не делало. В результате кризис только ускорялся. По итогам 2013 года – минус 2,5 – минус 3 процента. Теоретически должны выйти в следующем году на минус 3 – минус 4 процента, если не будет проблем.

А проблемы могут быть. Причём как внешние. Это и обвал на фондовом рынке США. Это и падение мировых цен на нефть. Всякие возможны варианты. Так и, как оказалось ещё, и внутренние проблемы, связанные с тем, что у нас реально нет денег на то, чтобы воспроизводить производственно-экономический контур, в котором мы живём. Грубо говоря, любая экономика требует некоего объёма инвестиций каждый год просто на компенсацию выбывающих по старости мощностей. Это может быть инфраструктура, много всего. А мы сегодня этих денег не довкладываем. Можно долго спорить, почему: то ли всё воруют, то ли ещё чего-то, но факт остаётся фактом. И в результате происходит ускорение спада.

Ну, и кроме того, как бы степень неадекватности нашего правительства и нашего Центрального банка вызывает изумление. Остатки волос на голове встают дыбом. По этому поводу много писал великий наш писатель Салтыков-Щедрин.

Да, есть замечательная цитата: "Российская власть должна держать свой народ в состоянии постоянного изумления". И надо сказать, что ей это с успехом делать удаётся. Очень часто приходится слышать, что слабый рубль выгоден российской экономике?

М. Хазин: Понимаете, в чём дело. Никогда не бывает так, чтобы какое-то действие было практически целиком хорошо. С одной стороны, ослабление рубля, не слабый рубль, а ослабление, тут важен именно процесс, стимулирует внутреннее производство. Но, во-первых, для этого оно должно быть. У нас его нет. Вот в 1998 году был ещё советский воспроизводственный контур. И как он рванул! До 2004 года мы рвали со скоростью 10 процентов в год. А сегодня его нет. Значит, нужно вкладывать, нужно заняться импортозамещением, инвестициями.

Иностранных инвестиций нет, внутренних российских тоже нет, хотя источники их пока есть. Они у государства лежат в заначке. Таким образом стимулировать некого. Поэтому эффект от девальвации низкий.

Во-вторых, есть политические эффекты. Не знаю, может быть, правительство имеет в виду, что поскольку народ покупает импортную продукцию, то девальвация рубля, то есть повышение цен на эту импортную продукцию, вызовет бешеное раздражение народа, и он выйдёт на майдан? Может быть, именно этого хочет наше правительство? Оно смотрит на Киев и говорит: во, сейчас мы девальвируем рубль процентов на 30, народ выйдет на Красную площадь, скинет Путина, и тут мы устроим демократический шабаш. Я не знаю, что они имеют в виду.

Наконец, девальвация рубля – это проблемы с долгами.

Можно в рамках большой программы импортозамещения стимулировать девальвацию. То есть, мы вкладываем деньги, создаём новые предприятия, они начинают приносить прибыль, и мы облегчаем им жизнь небольшой девальвацией. А народу мы компенсируем падение покупательной способности рубля увеличением числа рабочих мест и ростом заработных плат. Но этого же всего нет. Есть только девальвация.

Поэтому я и склонен считать, что эта девальвация – это, кроме того, что это беспомощность нашего правительства и Центрального банка, ещё и политическая провокация против политической власти, а именно: конкретно против президента Путина, который всё время объясняет правительству, что он им недоволен.

У правительства нет другого выхода. В конце концов, условно говоря, к концу этого года либо Путин, либо правительство. Я не знаю, может они решили, что их вполне устроит, чтобы они остались, а Путина не было бы?

Вот сейчас, бац! Девальвация на 30 процентов, объявление дефолта, народ выходит на Красную площадь…

Ну, это что-то из серии…

М. Хазин: А я не знаю, о чём они думают. Понимаете, они же настолько адекватны в политике, что и в экономике. В экономике они ничего не понимают. Может они и в политике так. Вы послушайте, что они говорят про Украину или про рубль…

Исходя из ваших слов, я так понимаю, что строить какие бы то ни было прогнозы на ближайшие полгода просто нереально?

М. Хазин: Я не берусь. Как опять-таки в старых детективах всегда присутствовала фраза, когда кого-нибудь комиссара полиции или нашего инспектора начальство обвиняло в том, что он никак не может найти преступника, тот говорил: "Ну, простите, это какой-то любитель, а я – профессионал. Профессионалу невозможно понять логику не профессионала".

Я логику нашего правительства и Центрального банка понять не могу. Они сами себя загоняют в экономическую ловушку. С другой стороны, они уже себя за эти 20 лет столько раз загоняли и столько раз Вашингтон выручал, что может они решили, что бы они ни сделали, им ничего не грозит?

Но есть же какие-то вещи, которые невозможно обойти, невозможно не обратить на них внимание. Эта девальвация до каких-то пор может продолжаться?

М. Хазин: Они говорят, что курс рубля определяется рыночными механизмами. Вот как рынок определит, так и будет. Мы тут вообще не при чём. Ну что всем сказали вчера? Что вообще это не рубль упал, а доллар вырос, мы тут вообще не при чём. Это всё оно, оно само.

Народу-то что делать?

М. Хазин: Народу что делать? Менять рубли на доллары на какое-то время.

Не поздно?

М. Хазин: Опять вопрос сложный. Сейчас может быть будет локальный отскок. Он всегда будет локальным, но тенденция никуда не денется. Поэтому я склонен считать… Ну, хорошо, меняйте не всё, меняйте половину или две трети. Треть – на доллары, треть – на евро.

Но понимаете, тут есть ещё одна вещь, которую нужно понимать. Если уж я не могу понять их логики, то народ тем более не сможет. И по этой причине, если народ решит играть и пытаться что-то на этом нажить, то он, скорее всего, потеряет больше, чем если просто положить деньги. Как сделала одна моя знакомая бабушка? Она всё положила в доллары, а дальше сидит и ждёт. А рубли у неё автоматически в виде пенсии появляются.
 

рубль Михаил Хазин интервью ток-шоу гость

Куда катится рубль

22:58
По будням
14:23